В систему российского школьного образования внедряются иностранные агенты

В систему российского школьного образования внедряются иностранные агенты. Фото: Depositphotos.com

Разведки очень любят собирать личные данные специалистов и талантливой молодежи под видом мониторингов, тестирований и оценок

На заседании Попечительского совета Московского университета президент Владимир Путин заявил, что образование в России — это стратегическое направление деятельности, от которого напрямую зависит не только наполнение народного хозяйства квалифицированными кадрами, но и защита суверенитета страны.

В этом плане надо понимать, что каждая копейка, выделенная на среднее и высшее образование в Российской Федерации, — это ресурс обеспечения суверенитета государства. И если в этой области происходят потери или, что еще хуже, деньги, выделяемые на образование, идут на финансирование иностранных агентов, собирающих персональные данные учеников и учителей для передачи их в «международные организации» (не исключено, что напрямую иностранным спецслужбам), то эти потери не восполнит никто.

Между тем тревожные сигналы о том, что иностранные агенты развернули свою «мониторинговую» деятельность в государственных учебных заведениях среднего образования, начинают поступать из Подмосковья, где при прямом попустительстве и поддержки властей развернута программа PISA (Programme for International Student Assessment) — т. н. «Международная программа по оценке образовательных достижений учащихся». Согласно заверениям представителей этой программы на территории РФ, это — международное сопоставительное исследование качества образования, в рамках которого оцениваются знания и навыки учащихся школ в возрасте 15 лет. Причем существует она в нескольких вариантах, сменяющих друг друга.

Международный мониторинг: распил бюджетных средств или проект иностранной разведки?

Официальная цель этой и других подобного рода программ — «оценка качества образования…», «квалификации педагогов…» (преподавательского состава, кадров) и «качества подготовки учеников» путем тестирования и «мониторинга», сбора и анализа больших массивов данных. Кстати, именно так работают под прикрытием иностранные разведки — они тоже очень любят собирать личные данные специалистов и талантливой молодежи под видом мониторингов, тестирований, оценок, выдавая себя за различные фонды, НКО, международные программы. При этом представители PISA чувствуют себя в подмосковных школах свободно — как дома, угрожая учителям в случае их отказа пройти «добровольное тестирование» увольнением, поскольку «наверху» у них «все схвачено»: они здесь — власть. «Тестирование» же называют безобидным исследованием.

Однако не все так просто.

Как под видом «международного мониторинга» собирают и переправляют за рубеж данные на учеников

Вот что говорит одна из учителей:

При мне учеников тестировали 1 раз, этой весной, когда мы все были на дистанционном обучении. Надо сказать, что, по образному выражению одного моего бывшего ученика, дистанционное обучение — это «24х7», 7 дней в неделю по 24 часа, очень тяжелое время как для учителей, так и для ребят, которые хотят получить хоть какие-то знания, и мы, и они от компьютеров не отходили, мне ребята-математики жаловались, что времени для сна нет, что компьютеры перегреваются и отключаются…

Я, как эксперт, должна была проверить в работах ребят всего три вопроса: один — про чай, где дети должны были разобраться с L-теанином, дубильными веществами и еще какими-то компонентами чая разных фирм-производителей. Я — учитель физики, у меня для проверки этого вопроса даже соответствующих знаний нет, я тупо сверяла ответы детей с предложенным «правильным» ответом. Другой вопрос был про цвет плесени… Третий был как бы по физике, про движение автомобиля, но сформулирован был так «не по-русски», что я только по их «образцу правильного ответа» поняла, что они имели в виду… Естественно, что получились одни нули…

Как под видом «международного тестирования» и «сопоставительной оценки качества» собирают данные на учителей (несмотря на COVID-19)

Тестировали учителей трижды (хотя в программе PISA этого не предусмотрено, но это, видимо, «в целях достижения результата федерального проекта "Учитель будущего"»).

Два раза собирали очно (хотя работали мы с компьютерами), в разгар пандемии, весной, и сейчас, 29 и 30 октября, тоже в эпидемию (есть копия приказа — см. рис. 2). Надо особенно отметить, что гимназия (бывшая школа № 6) в это время была уже на карантине (5–11-е классы) из-за болезни COVID-19 большого количества именно учителей этой школы, и потому всех учителей города (и гимназии, естественно, тоже, и, естественно, без справок об отсутствии инфекции) собрали вместе… На первом тестировании я, как учитель физики, должна была проанализировать урок истории…

Мне рассказывал мой коллега, что ему на аналогичном тестировании (уже не по PISA, а по этой вновь появившейся программе) попался вопрос о том, почему на МКС космонавты находятся в состоянии невесомости, и «правильным» был ответ о том, что там нет гравитации. Но гравитация-то есть!!!! Ее никто не отменял!!! Можно представить, какой будет «школа будущего»! Один раз, прямо перед Днем учителя, нас тестировали удаленно (задания есть в распоряжении — к физике они вообще никакого отношения не имеют).

В Подмосковье в середине и конце 90-х был наплыв иностранных «учителей — носителей языка» в рамках какой-то международной программы гуманитарного сотрудничества. Кадр из фильма «Плохая училка»

Распил бюджета?

Всем учителям (бесплатно, под роспись) раздали по 7 книжек, которые мы должны изучить и как бы использовать на уроках: «Глобальные компетенции», «Креативное мышление», «Математическая грамотность», «Естественно — научная грамотность», «Читательская грамотность» (2 части). Книжки по 100 страниц и более, на хорошей бумаге… Видно, что к внедрению подготовились серьезно и денег на издание не жалели.

Разведподход, совмещенный с «промыванием мозгов» с элементами методик «глубокого погружения»

Для учителей принудительно организуются курсы «повышения квалификации». Курсы платные, 35 тысяч с одного человека. Меня, слава Богу, не посылали, но посылали отнюдь не слабых учителей. По их рассказам, времени отняли очень много (а учителя, измученные дистанционным обучением, будучи в отпуске, учились ничему, и в сентябре — октябре мы «бегом» не просто учили ребят, но и нагоняли отставание по прошлому году: из-за дистанционного обучения мы физически не смогли пройти программу, а то, что прошли, дети поняли плохо, просят повторить, разъяснить, поупражняться…). Уровень обучения соответствует не повышению, а понижению квалификации. Учителям обещали (на словах и по договору) «документ о повышении квалификации установленного образца». На данный момент никакого удостоверения им не выдано, но выдано несколько сертификатов на малое количество часов (а сертификат о прохождении каких-либо курсов при аттестации учителей не учитывается).

Выводы

Отсюда следует несколько вполне простых и очевидных выводов.

Что все это напоминает?

А напоминает это вот что.

В том же Подмосковье в середине и конце 90-х начался примерно такой же наплыв иностранных «учителей — носителей языка» (в рамках тоже какой-то международной программы гуманитарного сотрудничества). Они, правда, не претендовали на «мониторинг» и сбор личных данных со всех школ сразу, а собирали группы желающих быстро освоить английский язык и работали уже с ними. Работу предваряло детальное анкетирование; темами для обсуждения выбирались рассказы слушателей о том, чем именно они занимаются на оборонных заводах. Как учителя они были не очень, но все как один отличались настойчивым любопытством.

К счастью, районный отдел ФСБ довольно быстро заинтересовался этим «сотрудничеством», и в результате программа была свернута — после того как выяснилось, что несколько британцев и шотландцев, выдававших себя за учителей и репетиторов, на деле оказались работниками совсем не образовательной сферы (некоторых из них, кстати, подвело пристрастие к алкоголю, развязывающему языки). Сейчас, конечно, уже не 90-е, но все происходящее как-то очень странно напоминает именно этот эпизод. Случайность? Не думаю. Видимо, вновь пришла пора дать правовую оценку деятельности агентов программы PISA с позиций наших органов безопасности.