Тайны создания мультфильма «Малыш и Карлсон»: с кого на самом деле срисовали главных героев и как Фаина Раневская выгнала режиссера из студии
Режиссер Борис Степанцев, «заболевший» этой историей, собрал звездную команду, включая композитора Геннадия Гладкова и художника Анатолия Савченко. Сценарий Бориса Ларина сознательно отошел от книжного оригинала, чтобы добавить героям чисто советского обаяния.
Малыша превратили в по-настоящему одинокого ребенка. В книге у него было имя Сванте и куча друзей, а в мультфильме он стал безымянным и трогательным затворником. Его маму, вопреки шведским реалиям, «отправили» на работу, что объясняло появление няни. Саму Фрекен Бок (в оригинале — Хильдур) из завистливой и неприятной особы превратили в ворчливую, но по-своему романтичную домомучительницу с кошкой. Даже меню Карлсона подверглось ревизии: мясные тефтельки и торты заменили на понятное каждому советскому человеку варенье.
Визуальные образы тоже создавались с нуля, без оглядки на шведские иллюстрации Илон Викланд. Юрий Бутырин срисовал голубоглазого Малыша со своего сына, а в чертах Карлсона угадывался режиссер Григорий Рошаль. Что касается Фрекен Бок, то ее образ сразу писали и рисовали с прицелом на Фаину Раневскую — именно ее художники видели в роли «домомучительницы» еще на этапе эскизов.
Если озвучку Малыша нашли быстро — «золотой голос» мультипликации Клара Румянова была вне конкуренции — то с Карлсоном возникли проблемы. Режиссер отверг даже таких мэтров, как Алексей Грибов и Михаил Яншин. Спасла случайность. Василий Ливанов, заметив сходство героя с режиссером Григорием Рошалем, в шутку его спародировал. Это было стопроцентное попадание. Ливанов опасался гнева взрывного Рошаля, но тот пришел в восторг и даже прислал актеру телеграмму с подписью: «Рошаль, который живет на крыше».
Приход Фаины Раневской во вторую часть мультфильма стал для студии настоящим испытанием. Великая актриса, увидев эскизы Фрекен Бок, лишь сухо осведомилась: «Неужели я такая страшная?» Попытки режиссера Степанцева давать ей указания по системе Станиславского пресекались на корню: «Мне карманный Немирович-Данченко не нужен!» — отрезала Фаина Георгиевна и выставила Степанцева за стекло. Зато с Ливановым они сработались идеально, превратив озвучку в блестящую импровизацию.
А вы знали?
Удивительно, но в родной Швеции Карлсон — персонаж скорее отрицательный. Пока в СССР его обожали, шведы сочувствовали семье Малыша, считая человечка с пропеллером хамом, лжецом и опасным нарушителем спокойствия. Сама Астрид Линдгрен была поражена такой фанатичной любви к Карлсону в Союзе. В Стокгольме вы вряд ли найдете сувениры с ним, а «домиком Карлсона» туристы по ошибке называют дом самой писательницы — настоящий прототип находился на противоположной стороне улицы.
