Израильские родственники Бориса Моисеева прервали молчание

Израильские родственники Бориса Моисеева прервали молчание
Борис Моисеев
Как оказалось, не только брат покойного артиста терпеть не может Сергея Гороха. Поведение мужчины вызывает вопросы очень у многих.
Подпишитесь и читайте «Экспресс газету» в:

В конце сентября не стало знаменитого певца Бориса Моисеева. После кончины исполнителя хита «Голубая луна» среди его близких тут же начались конфликты. В частности, живущий в Канаде брат артиста обвинил продюсера Сергея Гороха в присвоении имущества. Тот в ответ заявил, что Борис Михайлович вот уже несколько лет не общался с родственником.

У Моисеева также были близкие в Израиле. По утверждению Гороха, те якобы повели себя совершенно по-другому, позвонив ему с благодарностями. Журналисты программы «Ты не поверишь!» на канале НТВ решили проверить эту информацию. Как оказалось, экс-директор покойного все сильно приукрасил. Двоюродная сестра певца говорит, что ей вообще не удалось поговорить с Горохом.

«Я сколько раз набирала, дозвониться не могла! Сестра моя с Ашдода позвонила, спросила: „Как он умер?“. Он сказал, что он зашел, а он был мертвый!» — говорит Маргарита.

Более того, по словам женщины, в свое время Горох убедил Моисеева продать квартиру в центре Москвы, который тот подарил своему племяннику. Более того, в какой-то момент парня буквально вышвырнули из жилища — продюсер объяснял это тем, что нужны деньги на лечение. Но куда средства пошли в итоге, никто не знает. Более того, появлялась информация, что Моисеев перед смертью влез в большие долги.

«18 лет мой сын прожил в Москве. Уехал из Израиля. Боря купил ему квартиру, он пять или шесть лет жил в этой квартире, но тогда, когда он заболел, Горох настоял, чтобы он продал эту квартиру. Было сказано, что нужны деньги на лечение. Квартира была продана, и его отправили в Израиль», — вспоминает женщина.



Источник: НТВ

Источник фото: Legion-Media




На эту тему:
Вскрылась информация о внебрачном ребенке покойного Бориса Моисеева
«Вот где мистика, так это здесь!»: что скрывал Борис Моисеев