«Следы прошедшего юбилея»: Галкин показал последствия дня рождения Пугачевой

Алла Пугачева и Максим Галкин

Иноагент Максим Галкин после недавнего публичного конфуза вновь вышел на связь. И на этот раз юморист засветил то, что осталось после празднования юбилея его любимой жены.

Последние пару лет выдались для Галкина особенно непредсказуемыми. Покинув страну после начала СВО и потери почти всех рабочих контрактов, Максим начал гастролировать по всему миру со своей новой концертной программой. Свежие юмористические номера мужа Пугачевой, в числе прочего, теперь нацелены против своих соотечественников. К примеру, время от времени от Максима довольно сильно достается Филиппу Киркорову.

Несмотря на ранее сделанные заявления о том, что заграничная деятельность Галкина будет сходить на нет, пока артист не жалуется на недостаток работы. Так, в новом видео для своего профиля в Instagram анонсировал внушительную программу на осень 2024 года. Максим планирует начать с Майами и закончить в Лос-Анджелесе.

Ролик, в котором Галкин делился планами, снимал кто-то из детей юмориста. В кадр попал не только муж Пугачевой, но и обилие самых разных букетов. Создавалось такое ощущение, будто бы съемки проходили в саду. Оказалось – все это последствия юбилея Аллы Борисовны.

«Вот, начнем с Майами, закончим Лос-Анджелесом. Я уже, как видите, практически на концерте. Нет, это, как вы понимаете, следы прошедшего юбилея», — заявил Галкин на камеру.

15 апреля, напомним, Алла Пугачева отпраздновала 75-летие. День рождения Примадонна отмечала за границей, и многие коллеги предпочли промолчать о ее празднике. Зато в честь юбилея певицы высказался такой авторитетный человек, как Татьяна Тарасова — именитый тренер врезала всем, кто хочет присвоить Пугачевой статус иностранного агента.

Но, как бы ни было печально, впечатление от дня рождения Аллы Борисовны было испорчено выходкой ее молодого мужа. Накануне праздника Галкин сел в лужу, решив во время распития крепкого напитка высказаться об острой ситуации в Израиле. Поведение юмориста в народе в итоге окрестили «пьяной истерикой».