X

Автор пугачевской песни «Позови меня с собой» вышла из тюрьмы!

Пока Ирина Орешко сидела за убийство, ее сына тайно увезли в США
Подпишитесь и читайте «Экспресс газету» в:
ИРИНА ОРЕШКО: показывает диск со своими песнями обозревателю "ЭГ" Михаилу Филимонову

ИРИНА ОРЕШКО: показывает диск со своими песнями обозревателю "ЭГ" Михаилу Филимонову

Семь лет назад наша газета опубликовала сенсационное интервью с певицей и автором песен из Новосибирска Ириной ОРЕШКО. По ее утверждению, именно она, а не трагически погибшая Татьяна СНЕЖИНА написала песню «Позови меня с собой», ставшую суперхитом в исполнении Аллы ПУГАЧЕВОЙ («ЭГ» № 49, 1997). В тот момент вокруг имени Снежиной была развернута мощная рекламная кампания, инициированная ее отцом - генералом Валерием Печенкиным, тогдашним зампредседателя ФСБ России. В адрес Орешко начали поступать угрозы. А летом 1998 года Ирину внезапно арестовали по обвинению в тяжком преступлении. Все попытки получить хоть какую-то информацию о ней блокировались. Мы уже не надеялись увидеть ее живой. Каково же было наше изумление, когда на днях Ирина сама позвонила в редакцию.

- Отчасти я сама была виновата в случившемся, - призналась Орешко. - Была не очень разборчива в связях. В частности, хаживала в одну сомнительную квартиру на улице Народного Ополчения, принадлежавшую законченной наркоманке по прозвищу Бешеная. Подполковник ФСБ Александр Турунов, с которым я тогда жила, меня предупреждал: «Пойдешь еще раз к Бешеной - через неделю твой труп выловят из Москвы-реки». Я с ним соглашалась. Но однажды не удержалась и все-таки пошла туда. А там меня уже ждали, напали и начали убивать. Защищаясь, я схватила со стола нож, одного из нападавших убила на месте, другого ранила. Так я и оказалась за решеткой.

Роковая чукча

- На первый взгляд, случившееся выглядело как банальная бытовуха, - считает Ирина. - Но так только казалось. Тот, которого я ранила, был завсегдатаем квартиры Бешеной. А вот убитый появился там впервые. Даже в уголовном деле о нем не было практически никаких сведений.

ГЕНЕРАЛЬСКАЯ ДОЧЬ: погибла в автокатастрофе

ГЕНЕРАЛЬСКАЯ ДОЧЬ: погибла в автокатастрофе

Просто Василенко А. Ю. 1969 года рождения. По месту прописки он не проживал. Чем занимался - непонятно. А его родственники даже отказались присутствовать на суде. Причем, если бы этот Василенко убил меня, он бы не просидел даже дня, так как, якобы состоял на учете в психдиспансере. Но я видела его. Какой там псих?! Это был накачанный парняга под два метра ростом, с солдатской выправкой и титьками, как у Шварценеггера. Я же не слепая и могу отличить спортсмена от алкоголика или психа.

В квартиру Бешеной этого Василенко привела девушка-якутка Анжела Галущенко, которая работала где-то пресс-атташе. Ее я как-то застала у Турунова в постели, устроила скандал и потребовала, чтобы она убиралась вон. А следующая моя встреча с ней оказалась роковой.

Когда все случилось, Бешеная вызвала милицию. Чукчу эту задержали вместе со всеми, кто находился в квартире, и сняли у нее показания. Она заявила, что видела, как я сидела на потерпевшем и якобы наносила ему удары. Причем, по ее словам, раньше она меня никогда не видела. После этого чукча бесследно исчезла. Ни во время следствия, ни во время суда ее найти так и не смогли. Но именно на ее показаниях главным образом базировалось обвинение против меня.

Подставной адвокат

- Следствие пыталось представить все так, будто я ворвалась в квартиру с ножом в руках и напала на потерпевшего, - продолжает Орешко. - Я резонно возражала: "Почему же я тогда не воспользовалась ножом прямо в дверях, а позволила человеку схватить меня за волосы, оттащить в кухню и наносить мне руками и ногами удары по лицу и телу?" Ко мне приезжал оперативник и вырывал у меня из головы клочки волос с кусочками кожи, чтобы сличить их с фрагментами кожи и волос, оставшимися под ногтями у убитого. Но эта экспертиза в деле почему-то отсутствовала. Было в нем и много других нестыковок.

ЖЕРТВА СПЕЦСЛУЖБ: боролась в одиночку

ЖЕРТВА СПЕЦСЛУЖБ: боролась в одиночку

К сожалению, мне было очень трудно защищаться в одиночку. В течение года у меня был запрет на переписку, я не могла сообщить о себе даже родственникам. Формально мне, конечно, предоставили адвоката. Какая-то тетенька встретилась со мной один раз, когда проводился следственный эксперимент. Больше я ее не видела. На суде присутствовал уже другой адвокат, который предварительно со мной не общался. Он заявил, что я превысила пределы самообороны. И мне пришлось даже выступить с протестом в его адрес.

Судья Светлана Андреева изначально была настроена против меня. Прокурор просила семь лет общего режима. А Андреева дала восемь лет строгого. Я написала кассационную жалобу. Но добилась лишь того, что сняли строгий режим. После того, как приговор вступил в законную силу, меня этапировали в Мордовию.

Любовный наркотик

- Там заправляли классные мужики - подполковник Видашов и майор Лемяскин. Вы знаете, что на зоне все замешено на лесбийских отношениях? И вот бабы целыми днями моют друг другу кости, выясняют, кто с кем. Но достаточно было одного слова «Лемяскин» - и все сразу замирали. Когда я туда приехала, зона была в полном упадке.

ЖИЛА СЧАСТЛИВАЯ СЕМЬЯ: Ирина с сыном и мамой (1995 г.)

ЖИЛА СЧАСТЛИВАЯ СЕМЬЯ: Ирина с сыном и мамой (1995 г.)

Люди ходили в обуви, подошвы у которой отвалились и привязывались какими-то тряпками. Везде жуткая грязь. Жрать нечего. Пайку хлеба продавали за пять сигарет. Но Лемяскин и Видашов привели зону в порядок. Все здания отремонтировали. Положили асфальт. В общем, создали более-менее приличные условия для существования.

Но в Мордовии я пробыла всего два месяца, и меня повезли в Новосибирск на другой суд, «за добавкой». Дело в том, что еще в 1997 году я спуталась с одним молодым человеком, который употреблял наркотики. Незадолго до этого у меня убили мать. Я впала в страшную депрессию. И тут появился он, такой участливый, готовый помочь. Я прониклась к нему нежными чувствами и, когда его хотели задержать с наркотиками, сдуру взяла и за него «загрузилась», подписав все, что мне подсунули. А оказалось, ему инкриминировали не только хранение, но и сбыт. Мне светило, как минимум, еще семь лет. Слава Богу, разобрались, этому другу дали полтора года, а меня оправдали.

Слепой вор

- После новосибирского суда меня снова отправили в Мордовию, - рассказывает Ирина.- Я там начала работать, шила милицейскую форму и военные бушлаты. А потом меня вернули в Москву, и я год и два месяца просидела в СИЗО в Печатниках, где меня содержали во время следствия и суда. Дело в том, что за полгода до ареста, вскоре после выхода моего интервью в «Экспресс газете», я попала в еще одну неприятную историю. Приехала в гости к подруге, а она жила с каким-то слепым грузином. Как я потом узнала, он был вором в законе. Внезапно в квартиру ворвались вооруженные люди в штатском. Началась перестрелка, одного из нападавших застрелили. И я проходила свидетелем по этому делу.

Все это время я продолжала писать жалобы во все инстанции и добилась, что Генпрокуратура сократила мне срок на два года. Потом еще год мне скостили по амнистии. В прошлом году я вышла на свободу. Но даже эти пять лет, что я отсидела, - слишком много.

Украденный сын

ДИМА: за границей ему дали имя Дэмиан (2000 г.)

ДИМА: за границей ему дали имя Дэмиан (2000 г.)

- Увы, на этом мои несчастья не закончились, - печально продолжает Орешко. - Перед Новым годом я похоронила отчима. Увидев его в гробу, я была потрясена - как он постарел! Наверное, он думал, что никогда меня не дождется. Но самое ужасное - незадолго до того, как меня оправдали по делу о наркотиках, тот же самый Ленинский суд Новосибирска лишил меня родительских прав! «Поднимите дело, за которое меня здесь судят! - просила я судью. - Там есть характеристики на меня от участкового, от домоуправа. Вы поймете, что я никакая не наркоманка и ребенка на произвол судьбы не бросала». Но никто и не подумал этого сделать. Я написала кассационную жалобу, однако мне ответили, она не будет иметь хода, пока я не заплачу пошлину 67 рублей. А я тогда в зоне еще практически не работала, и денег на счету у меня не было. В результате у меня отобрали сына Димочку.

На момент моего ареста Дима оставался в Новосибирске с дедом. Потом его отдали в детский. На суде говорили, что из группы в 33 человека только пять детей оказались с нормальным интеллектом, и один из них мой Дима. Моя подруга Наташа Кириянко ездила, проведывала его. Ей говорили, мол, ребенок очень одаренный, прекрасно рисует, поет. А за три месяца до освобождения я вдруг узнала, что мой сын, оказывается, уже четыре года живет в Америке с новыми родителями. Сначала его отправили в Италию. Но дед тогда поднял кипеш, и Диму вернули. Вскоре после этого его отправили в Америку. Моя подруга пыталась узнать в детском доме, где он теперь находится, но ей заявили, что не имеют права этого делать.

О дальнейшей судьбе сына мне ничего неизвестно. Говорят, он живет в очень благополучной семье. У него сейчас даже имя другое - Дэмиан или что-то в этом роде. Что мне теперь делать - не знаю. Но я не должна опускать руки. Сейчас я пытаюсь заинтересовать кого-нибудь моими песнями. Надеюсь заработать на адвоката, который помог бы мне вернуть сына…






Вам может быть интересно: