«Из здорового мужика превратился в скелет»: как на самом деле Роман Костомаров пережил ампутацию стоп и кистей
Восстановиться после такой болезни и потери конечностей было трудно. Особенно если учитывать тот факт, что Костомаров по жизни привык к спорту, тяжелым нагрузкам и соревнованиям — а в первые недели после операции внезапно Роман без посторонней помощи не мог даже сесть. Об этом фигурист рассказал в эфире программы «Сегодня вечером» на Первом канале:
«Тело просто атрофировалось, голова не поднимается с подушки. Ты просто фактически скелет. Из здорового мужика буквально за три-четыре недели ты просто превратился непонятно во что. Конечно, этот период был самым-самым трудным, чтобы начать делать маленькие шажочки, еще лежа в кровати. Каждый день к тебе приходит реабилитолог и врач, который помогает тебе поднимать руки, голову. Первое время просто вертикализироваться, сесть на кровать, потому что поначалу это просто невозможно: голова падает, тебя три человека держат, Оксана поддерживает. Ты просто 15–20 секунд просидишь и больше не хочешь ничего делать».
Огромную роль в его спасении сыграла верная супруга Оксана Домнина, которая буквально сутками не отходила от изголовья мужа. Роман даже не представлял, что любимой женщине удастся вместе с ним пройти через ад. Между тем Оксане пришлось пережить двойной прессинг — не только вытаскивать супруга с того света, но и подбирать слова для испуганных детей.
«Сыну было на тот момент семь лет, у него стояли в глазах слезы, он не все понимал. Но я сказала ему, что папа будет самым крутым, самым сильным, на это нужно только время. Настя постарше, сразу все поняла, у нее лились слезы, с ней пришлось уже более по-взрослому поговорить. Конечно, главным вопросом для нее было: «Папа выживет?» Я говорила, что папа старается, делает все возможное, чтобы жить, и врачи, и мы всей семьей делаем все для того, чтобы папа жил», — вспомнила о тех мрачных дня Домнина.
Сам Костомаров в Коммунарке до финального момента не осознавал масштаб катастрофы. Когда начался необратимый некроз тканей, спортсмен, конечно же, заметил, что его пальцы и руки чернеют, но до последнего питал надежду на чудо.
«Я не понимал, что происходит. Когда видишь черные пальцы и руки, я же знаю, что люди ходят на Эверест, отмораживают, и им тоже это все… Но я находился в состоянии полусна-полуреальности и чувствовал, что пахнет жареным, но до конца не мог понять, что врачи это никак не смогут исправить, чтобы все опять разровнялось. Даже мыслей таких не было, что может как-то быть по-другому.
Говорить я не мог. Когда врачи спрашивали разрешение на операцию, сказали: «Моргни, если даешь согласие». Конечно, я моргнул, со слезами на глазах. Не знаю, сделал бы я то же самое, будь я в другом состоянии, более адекватном… Но на тот момент я сделал свой выбор и все», — заключил Роман Костомаров.
