Как погибла советская подлодка К-129

Экипаж уходил на задание, охваченный мрачными предчувствиями

В феврале 1968 года мир оказался близок к очередной катастрофе. Численность американских войск во Вьетнаме достигло полумиллиона. Северокорейские пограничники захватили «штатовский» разведывательный корабль "Пуэбло". США направили в Восточно-Корейский залив два авианосных соединения, угрожая освободить своих моряков силой.

Советский Союз напряженно следил за этой «игрой мускулами». Командующий нашим Тихоокеанским флотом адмирал Николай Амелько отдал приказ о полной боевой готовности и отправил к берегам союзника 27 подводных лодок, эскадру во главе с ракетным крейсером "Варяг" и самолеты дальней морской разведки. Еще одна подлодка с тремя ядерными ракетами на борту получила приказ взять на прицел тихоокеанское побережье Соединенных Штатов и Седьмой флот ВМС США. Однако во время перехода к обозначенному рубежу субмарина бесследно исчезла. Тайна ее гибели до сих пор будоражит историков.

За того парня

Сверхсекретное задание, при выполнении которого погибла подлодка К-129, где командовал каперанг Владимир Кобзарь, на самом деле предназначалось для другого корабля. Тогда, в феврале 1968 года, К-129 только-только вернулась на Камчатку для передышки после длительного похода в восточную часть Тихого океана. Измученный экипаж нуждался в отдыхе, а сам корабль - в профилактике и ремонте. Однако другая подлодка, которая должна была отправиться на очередное задание, оказалась еще менее готовой к его выполнению. И командование дало Кобзарю приказ об экстренном выходе в море.

Часть офицеров из экипажа к тому времени успели улизнуть в законный отпуск на материк, и штат, естественно, доукомплектовали офицерами с других подлодок. На борту появились также новенькие матросы-ученики. Сборы проходили в спешке. Потом выяснилось: на командном пункте эскадры не осталось заверенного командиром списка экипажа, что вообще-то является преступлением. Очевидцы рассказывали - моряки покидали базу с плохим настроением и тяжелым сердцем, как будто что-то чувствовали.

8 марта 1968 года К-129 должна была дать на землю короткий сигнал из поворотной точки маршрута. Однако экипаж не вышел на связь, на что обратил внимание оперативный дежурный на центральном командном пункте ВМФ. Немедленно была объявлена тревога. На поиски отправились корабли Камчатской флотилии, а затем - Тихоокеанского флота. Теплилась надежда, что подлодка дрейфует в надводном положении, лишенная хода и связи. Ситуация была столь напряженной, что участники поисковой операции уже не обращали внимания на предосторожности и вели переговоры в эфире открытым текстом. Их немедленно засекли американцы. Они-то и обратили внимание советских военных на масляное пятно в океане.

Образцы собранной с поверхности воды пленки были отправлены на анализ. Худшие опасения подтвердились - в "точке К", как ее отныне стали обозначать на картах, была разлита солярка, которая используется на подлодках ВМФ СССР.

Ложь ко лжи

Бывший замначальника разведки Тихоокеанского флота контр-адмирал Анатолий Штыров в своих мемуарах опровергал утверждения американцев, согласно которым место гибели подлодки было обнаружено благодаря данным акустических станций системы "Сосус". Якобы, когда стало известно, что советские корабли ищут свою субмарину, были проанализированы сведения двухнедельной давности, и эксперты обратили внимание на два довольно тихих взрыва, которые произошли в "точке К".

Штыров уверен, что это ложь, поскольку ближайшая американская станция находилась на возвышении Императорских гор на дне Тихого океана на расстоянии около 300 морских миль. А возможности акустики позволяли установить место события с точностью только в 30 миль.

Разведка предполагала, что после выхода К-129 на задание за ней втайне наблюдала американская атомная подлодка-разведчик Swordfish, которая на тот момент "дежурила" в Авачинском заливе. Спустя какое-то время резидентура донесла, что Swordfish заходила в японский порт Йокосуко, где за одну ночь в обстановке строжайшей тайны субмарине чинили развороченное ограждение боевой рубки и восстанавливали антенны. После этого лодку полтора года не засекали ни на одном радаре.

Официальные поиски пропавшей советской подлодки длились 73 дня. Затем родным членов экипажа были отправлены похоронки с циничным сообщением "признан умершим". То есть главком ВМФ СССР Сергей Горшков официально отказался признать гибель подлодки и 98 моряков. Этот отказ означал: согласно международным морским законам, любой, кто обнаружил бы пропавшую К-129, становился владельцем "бесхозного имущества".

В СССР пропажей подлодки занялись сразу две комиссии - правительственная и военная. Выводы были такими: что произошло – неизвестно, но экипаж не виноват. В качестве одной из вероятных причин катастрофы был назван провал на глубину ниже предельной из-за повреждения поплавкового клапана. Другая версия предполагала столкновение с судном на перископной глубине.

Американские историки подводного шпионажа настаивают на том, что советская подлодка с ядерными боеголовками на борту затонула из-за взрыва аккумуляторной батареи или от срабатывания двигателей ракет в закрытых шахтах. С первым категорически не согласны советские эксперты - история мирового подводного флота знает немало случаев взрыва батарей, однако ни разу они не приводили к столь стремительной гибели субмарины. А второе предположение противоречит имеющимся данным об узком и глубоком проломе в корпусе К-129, который был впоследствии обнаружен.

"Сумасшедший Иван"

В апреле 1968 года из похода прибыла американская атомная подводная лодка Halibut, оснащенная новейшим акустическим, электронным, фото- и видео оборудованием, а также мощным компьютером для обработки информации. Кроме того, разведывательная субмарина располагала управляемыми аппаратами, способными погружаться на большую глубину и передавать изображения.

В порту приписки командир субмарины для начала получил от командования разнос за провал операции по поиску на дне океана советских баллистических ракет, а затем - новое сверхсекретное задание по поиску потерянного советского "Гольфа" (лодки проекта 629 по классификации НАТО).

Видимо, раздосадованный взбучкой экипаж напрягся и обнаружил К-129. Она находилась на глубине около пяти километров. Halibut сделала тысячи фотографий, на которых были видны пролом шириной около трех метров за рубкой, смятые ракетные установки и сорванные крышки с ракетных шахт. Удалось даже разглядеть останки моряка, на котором можно было опознать штормовку, стеганые штаны и тяжелые сапоги.

Из-за этой страшной находки сразу предположили, что в момент катастрофы К-129 находилась над водой. Однако некоторые эксперты уверены, что это не так. Советские военные историки полагают, что субмарина только готовилась к всплытию, и моряк, тело которого оказалось на внешнем ограждении, должен был подняться на палубу для наблюдения. И в этот момент произошло столкновение.

Дело в том, что подобные инциденты, хотя и не столь разрушительные, неоднократно имели место. У той же Swordfish было на счету столкновение с советской субмариной. У американских подводников имелся приказ: при потере контакта идти на максимальное сближение с советскими ПЛ, за которыми осуществлялось наблюдение. А советские подводники получали инструкции по поводу совершения внезапных и резких маневров, таких, как, например, "сумасшедший Иван" - разворот на 180 градусов для прощупывания сонарами "слепой" зоны за кормой перед всплытием.

Человеческий фактор

Ответы на многочисленные вопросы о том, что произошло в Тихом океане 7-8 марта 1968 года, могла бы дать операция "Дженнифер", которую американские военные при поддержке миллиардера Говарда Хьюза провели шесть лет спустя. Им удалось поднять носовую часть К-129. Однако тайны остались тайнами.

Американцы не смогли добыть шифровальную аппаратуру и ключи к советским военным кодам, к которым они рвались, из-за непредсказуемого человеческого фактора - высокий и крупный капитан Кобзарь за год до последнего похода, во время ремонта подлодки, уговорил главного строителя перенести шифровальную рубку за ракетный отсек, где ей можно было отвести больше пространства. Эта часть К-129 не поддалась при попытках подъема.

Вскоре Говард Хьюз сошел с ума, президент США Ричард Никсон увяз в уотергейтском скандале, а все документы об операции "Дженнифер" вместе с добытыми Halibut сведениями легли в архивы. Там они и остаются по сей день.

Вам может быть интересно: