Алла Иошпе: «Увидев меня, Стахан снял обручальное кольцо»

Алла Яковлевна и Стахан Мамаджанович (в центре) с друзьями Эммануилом Виторганом и Ириной Млодик
Алла Яковлевна и Стахан Мамаджанович (в центре) с друзьями Эммануилом Виторганом и Ириной Млодик. Фото Анатолия Ломохова
Избавиться от клейма «предателей Родины» легендарному эстрадному дуэту помог Иосиф Кобзон

Ровно 40 лет назад жизнь народных артистов России Аллы Иошпе и Стахана Рахимова круто изменилась. Обласканные любовью публики артисты остались без выступлений на сцене, записей в студии и съемок на телевидении, лишились всех званий. Все прекратилось после того, как 19 марта 1979 года они подали документы на выезд в Израиль. Там Алла могла пройти необходимое ей лечение. Но им отказали. А в назидание устроили травлю.

В 1960 - 1970-е годы их необычный еврейско-узбекский дуэт был одним из самых популярных в СССР. «Алеша», которого они исполняли, пробирал до костей, а «Ночка луговая» будто иллюстрировала историю их любви. Дуэт привлекал необычной личной биографией - артисты были супругами и их никогда не воспринимали порознь. Но на десять лет Иошпе и Рахимов исчезли из вида, записи на ТВ и радио были размагничены.

- Никогда не любила март, - вздыхает Алла Яковлевна. - В этом месяце было много всяких неприятностей, операция... У меня с рождения проблемы со здоровьем. Маленькую мама часто сажала меня во дворе на стульчике - я не могла бегать вместе с детьми. А в десять лет в царапину попала инфекция, начался сепсис, и я чуть не умерла.

Стахан Мамаджанович говорит, что, когда они с женой услышали о трагедии с Юлией Началовой, ужаснулись: слишком остро история молодой певицы напомнила то, что происходило в их семье. Мама Аллы заложила все что можно, чтобы раздобыть редкий антибиотик, который помог.

- А как в наше время упустили человека в 38 лет, когда этих препаратов миллион, уму непостижимо, - недоумевает артист.

Фото Надежды Носиковой

Они с женой обошли всех отечественных специалистов - нигде не обещали помочь. А иностранцы необходимую операцию проводили. Но для этого нужно было выехать из страны как минимум на полгода.

Чемодан с валютой

Мы пьем чай с халвой в уютной квартире Аллы Яковлевны и Стахана Мамаджановича. Глава семейства рассказывает о событиях 40-летней давности.

Хозяин дома увлекается объёмной резьбой. Эта работа появилась первой, когда дуэт отлучили от сцены
Хозяин дома увлекается объёмной резьбой. Эта работа появилась первой, когда дуэт отлучили от сцены. Фото Надежды Носиковой

- Я обошел всех: «Госконцерт», Министерства культуры РСФСР и СССР, отдел культуры ЦК КПСС, орготдел. Все нас прекрасно знали - казалось бы, доверие к нам должно быть. Мы полмира объездили и нигде не остались. Я, как руководитель группы, со всех гастролей чемоданами возил валюту - сдавал в бухгалтерию «Москонцерта». Помню, приехали из Германии, и мне для отчета не хватило марки. Так со следующей поездки с меня эту марку сняли.

Когда встал вопрос о лечении Аллы, я сказал: если у государства нет денег, я продам все, что у меня есть, и внесу эту сумму - только выпустите. Мне ответили: так не положено.

К маме Стахана, Шаходат Рахимовой, был неравнодушен сам Сталин
К маме Стахана, Шаходат Рахимовой, был неравнодушен сам Сталин. Фото: © РИА «Новости»

Кто-то очень не хотел, чтобы гражданина СССР лечили за рубежом. Хотя многие партийные функционеры туда ездили. Я сам был замом секретаря по идеологии в «Москонцерте», но в один прекрасный день сказал, что из партии выхожу. Заявление принес секретарю парткома - тот взмолился: «Если ты отдашь партбилет мне, с меня голову снимут». В райкоме в отделе учета документы тихонько приняли. А на следующий день нас стали чихвостить на всех уровнях. Артисты тоже должны были нас осудить, но они знали, что мы постоянно кому-то помогали - с квартирой, телефоном, автомобилем, и говорили не то, что от них ждали. Секретарь райкома не выдержал: «Вы что панегирики им поете!»

И вдруг встает нанайский исполнитель Кола Бильды - он прославился песней «Самолет хорошо, пароход хорошо, а олени лучше». И произносит: «Что же ты делаешь, Стахан. Советский Союз столько дал Узбекистану. Раньше там не знали, что такое вилка-ложка». Я ему: «Коля, остановись. Самарканду 3 тысячи лет. Ташкенту - 2300. Какие вилки и ложки?!»

Что тут началось! Наверху решили, что я не очень уважительно отозвался о России. Так я стал «предателем Родины и партии» и по собственному заявлению был отчислен из рядов КПСС.

Спали на полках

В юности певец серьезно занимался боксом
В юности певец серьёзно занимался боксом. Фото из личного архива

- Музыкантов оркестра заставили написать заявление о том, что никто не желает с нами работать, - продолжает Рахимов. - Ребята потом приходили, извинялись. Остались и те, кто пытался помочь. Певец Батыр Закиров позвонил, когда мы с Аллой уже распродали вещи и мебель, чтобы на что-то жить, и спали на сдвинутых книжных полках. Он предложил бросить клич и собрать для нас деньги. Мы отказались, но нам было ценно уже то, что он позвонил.

Дочку Таню, отличницу, исключили из комсомола, отчислили из МГУ. Велели отказаться от родителей - дескать, наше государство не бросает сирот. На что Татьяна ответила: «Я не сирота».

Мы не могли без творчества и стали организовывать концертные программы у нас дома. Так родился наш маленький театр «Музыка в отказе». Денег мы не брали, иначе нам могли еще что-нибудь приписать. Но в холодильнике всегда находили оставленные кем-то продукты.

На заводе в Ташкенте должна была выйти наша грампластинка. По моей просьбе мама, народная артистка Узбекистана Шаходат Рахимова, попыталась спасти хотя бы несколько штук. Но ей не разрешили. Директор отвел маму в цех, где на ее глазах пластинки дробили на мелкие кусочки. Записи убирали отовсюду. К счастью, часть архива работники Госфильмофонда и Радиофонда сохранили у себя дома.

Мы были в изоляции, многие боялись с нами общаться, но однажды нас мощно поддержал Иосиф Кобзон. Когда к власти пришел Горбачев и решался вопрос, чтобы снять с нас клеймо предателей, Иосиф Давидович заявил: «Вы что, не знаете Аллу со Стаханом? Отстаньте уже от них». В конце 80-х нам разрешили работать за границей. А советские филармонии по-прежнему боялись иметь с нами дело. Позже нам открыли сельские клубы, куда мы ездили в сопровождении ребят в серых костюмах - «искусствоведов в штатском».

Знаю, многие думали: чего им не хватало? Мы были обеспечены, при этом никогда не занимались спекуляций. На свои кровные покупали звукозаписывающую аппаратуру, сами шили костюмы. В ответ на упреки в отсутствии патриотического репертуара мы говорили, что исполняем «Журавлей», «До свидания, мальчики», «С чего начинается Родина?», но не по принуждению, а потому что хотели это исполнить. Наша независимость раздражала. Но, знаете, чтобы тогда ни происходило, сегодня, когда многое уже позади, я думаю: может быть, даже хорошо, что мы никуда не уехали. Мы продолжаем выходить на сцену благодаря нашему зрителю. Что будет дальше, я не знаю. Поживем - увидим.


Только факт

  • Когда артистам запретили выступать, они разослали сто писем по разным изданиям: «Мы не уехали, мы живы. Нам не дают работать!»

Одна заменила мужу гарем

Об истории отношений Иошпе и Рахимова можно снимать кино: пять книг, написанных Аллой Яковлевной, - практически готовый сценарий. Кстати, она единственная эстрадная артистка, ставшая членом Союза писателей России.

Алла Иошпе подписала для нас одну из своих книг. Их у неё уже пять
Алла Иошпе подписала для нас одну из своих книг. Их у неё уже пять

Познакомилась пара на конкурсе студенческой самодеятельности. И Алла с психфака МГУ, и Стахан из МЭИ выступили так, что жюри наградило обоих. Пылкий восточный мужчина, хоть и был женат, сразу положил глаз на утонченную столичную красавицу.

- Он ужасно хитрый - пригласил меня на свидание, а сам снял обручальное кольцо. Дескать, сразу понял, что эта девочка не станет встречаться с женатым, - вспоминает Алла Яковлевна. У нее у самой тогда подрастала восьмимесячная дочка, а с мужем Володей - братом знаменитого Алана Чумака - дружила с 15 лет.

О том, что ее новый поклонник не свободен, девушка догадалась, когда тот взял на руки ее маленькую Танечку - уж больно ловко у него получилось. «Рассказывай!» - сказала она.

- У Стахана была дочка Лола, чуть старше моей Танюшки, - говорит Алла Яковлевна. - Спустя годы, когда мы были в Симферополе, я очень хотела встретиться с бывшей женой Стахана, Наташей, но она не пришла.

Алла Иошпе подписала для нас одну из своих книг. Их у неё уже пять
Алла Иошпе подписала для нас одну из своих книг. Их у неё уже пять

Мама меня пугала - у Рахимова может быть гарем, на что я отвечала: «Мама, не волнуйся, я одна просто заменю ему этот гарем».

Он ревновал страшно. Как-то сидим в гостях. На мне - кофточка с вырезом. Рахимов вдруг куда-то ушел. Вернулся с огромной ржавой булавкой - при всех заколол мне этот вырез.

У него, разумеется, тоже были поклонницы. Но я всем давала понять: им не обломится. Могла приобнять своего Узбека при всех. Главное - чтобы мужчине со своей половинкой было интересно. Стахан говорил: «С тобой не соскучишься».

Я его предупредила: если он мне изменит, я ему изменю в три раза больше. Стахана это задело: «Ты женщина, ты не должна так говорить». - «А ты не давай мне повода».- «А я давал?» - «История умалчивает». Девки были виноваты. Но он хорош был! Да и талантливый - почему не пофлиртовать?


Секрет узбекского плова

О плове, который готовит Рахимов, ходят легенды. На вопрос, в чем секрет, и просьбы дать рецепт Алла Яковлевна отвечает: «Записывайте: берется один нормальный узбек...» Но колдовать с продуктами себе и другим в удовольствие - это одно. Совсем другое, когда запахи бесконечно приготовляемой еды невольно вдыхаешь с утра до вечера. Артисты пытаются сейчас достучаться до властей, разрешивших открыть ресторан на первом этаже дома на Малой Никитской - прямо под их квартирой. Но на все обращения куда-либо приходят отписки.

Читайте также: