Михаил Ножкин полжизни метался меж двух семей
Но талант Михаила Ивановича не ограничивался съемками: он был поэтом, чьи строки превращались в замечательные песни. Автор шедевров - «Бессмертный полк», «Последняя электричка», «А на кладбище все спокойненько», «Последний бой» - он умел говорить о великом просто, о страшном - с достоинством, о любви к Родине - без пафоса, с болью и верой. В последний путь Михаила Ивановича провожали в храме Христа Спасителя.
Ножкин родился в Москве 19 января 1937 года. Война рано заставила его повзрослеть: с пяти лет в московской коммуналке он поддерживал семью - топил печь, ходил за продуктами, пока мама-медсестра сутками пропадала в больнице. Отец и старший брат Владимир вернулись с фронта, пройдя сквозь ад войны.
Позже Михаил Иванович написал песню «Последний бой». Строки «А я в Россию, домой хочу, я так давно не видел маму» родились не из придуманной драмы. Они пришли как живой, обжигающий воспоминанием кадр: он, маленький, стремительно бежит по гулким больничным коридорам, а где‑то рядом мама, не жалея сил, помогает раненым.
Эту песню создали всего за один вечер для фильма «Освобождение», и она стала любимой у многих ветеранов - даже гимном «Бессмертного полка». А в своих военных ролях в кино Ножкин словно снова проживал ту боль, которую испытал в детстве.
С юности мечтая о сцене, Михаил все же окончил строительный техникум. Но сердце его принадлежало театру и музыке. Он участвовал в самодеятельности, а потом поступил в театральную студию при Театре эстрады. Его талант, приятный голос и редкое обаяние покорили приемную комиссию.
Всенародную любовь актеру принес фильм «Ошибка резидента»: роль советского контрразведчика Бекаса стала знаковой, а песня «Я в весеннем лесу пил березовый сок» мгновенно превратилась в народную. Не менее любимой оказалась и лирическая «Последняя электричка» в исполнении Эдуарда Хиля. Ножкин писал стихи в каждую свободную минуту, порой не веря, что эти строки найдут путь к миллионам сердец.
Цена молчания
В 20 лет он встретил Ларису Голубину - женщину, которая была старше его на 17 лет, сильную, независимую, авторитетную фигуру в культурной жизни столицы.
Лариса Лаврентьевна руководила литературной частью Театра эстрады, ей доверяли самые ответственные задачи - в том числе музыкальное оформление траурной церемонии прощания со Сталиным в 1953 году. Она обожала скорость и смело гоняла по Москве на мотоцикле, а ее любви добивались самые известные мужчины своего времени, включая Леонида Утесова. Но сердце дамы покорил юный Ножкин: он ухаживал настойчиво и искренне, убеждая, что разница в возрасте не имеет значения. В 1959 году они поженились.
Михаил Иванович стал отцом для сына Ларисы - Димы. Супруги мечтали о совместном ребенке, но врачи запретили Ларисе Лаврентьевне рожать - это угрожало ее жизни. По совету медиков беременность пришлось прервать, и после этого Лариса уже не могла иметь детей. Тяжелое решение не разрушило их союз: они прожили вместе почти 45 лет - до ее смерти в 2004 году.
Но в этой, казалось бы, идеальной лавстори таилась горькая тайна, которую летом 2019 года раскрыла «Экспресс газета».
Выяснилось, что в 1977 году на съемках фильма «Хождения по мукам» у Ножкина завязался роман с актрисой Валентиной Колосовой. Отношения развивались стремительно, но актер сразу дал понять, что не оставит супругу.
В 1981 году Валентина родила сына Мишу. Она не требовала развода, не устраивала скандалов и посвятила себя воспитанию мальчика, храня верность своим чувствам до конца. Ножкин не отказался от ответственности: он тайно помогал Валентине и наследнику, выделяя средства из своих гонораров, но так и не решился рассказать обо всем Ларисе Лаврентьевне, боясь разрушить хрупкое семейное счастье.
- Да, я сын того самого Михаила Ивановича Ножкина, - поделился с нами в 2019-м Миша-младший. - Он скрывает меня по каким-то своим соображениям. Думает, если обо мне узнают, будет плохо, потому что у него много врагов. Хотя при чем здесь враги?
Миша признавался, что не решал называть знаменитого отца папой - стеснение брало верх, и в обращении оставались строгое «вы» и имя-отчество. В детстве их встречи проходили в метро: под грохот поездов и гул толпы парень внимал отцовским наставлениям. Мама Михаила, Валентина Колосова, восемь лет боролась с онкологией и ушла из жизни в конце 2015 года. Ножкин не пришел ни в хоспис, ни на похороны, но помог с оградкой - за это сын искренне благодарен.
Когда спустя два года после смерти супруги актера и поэта не стало и его приемного сына Дмитрия, которому было всего 57 лет, Михаил Иванович остался один в своей московской квартире. Одиночество ему скрашивало общение с повзрослевшим сыном.
Миша-младший пробовал себя во многом: создавал и руководил модельным агентством, придумал и воплотил проект виртуальных путешествий по городам, сочинял и пел песни. И успевал помогать отцу: снимал его воспоминания на видео, записывал фонограммы для выступлений. Правда, в силу сложных характеров обоих, они то отдалялись, то снова сближались.
Последние месяцы жизни Михаила Ивановича были мучительно тяжелыми - возраст и недуги брали свое. В финале пути силы окончательно покинули актера и поэта: он отказался от еды и воды, словно сберегая остатки энергии. За день до конца он погрузился в кому - и на следующий день тихо ушел в родных стенах своей квартиры.
Рядом до последнего была невестка, 79-летняя вдова его пасынка. Именно она самоотверженно ухаживала за Михаилом Ивановичем в эти горькие дни.
- Я тоже читала про Колосова в Сети, но когда спросила Михаила Ивановича, он сказал, что это сын его старшего брата, который давно умер, - заявила она уже после смерти Ножкина «Комсомолке». - Какая-то темная история. Может быть, ошибка молодости то ли брата, то ли все-таки Михаила Ивановича. Подробностей не знаю.
Мы поинтересовались у Миши-младшего, как он относится к версии, что его отец - брат поэта и актера.
- С Владимиром Ивановичем, братом отца, я хорошо был знаком. С ним дружила моя мама, навещала в НИИ Склифосовского, где он работал, и меня иногда брала с собой. Но у дяди Володи была своя семья. А когда мне было лет 13, помню, как он сказал, глядя на меня: «И чего это Миша такого сына скрывает? Вон какой хороший парень у него получился».
Кому все достанется?
Ходят слухи, что Ножкин заранее оформил завещание - в нем и московская квартира, и дача в живописном селе Иславском, и драгоценные авторские права на все его творчество. Но внебрачный сын лишь вздыхает:
- Достанется ли мне что‑то? Даже не знаю! - и в этом вопросе слышится не жадность, а боль человека, которому судьба отмерила любовь отца тайными встречами в шумном метро и редкими наставлениями под грохот поездов.
На церемонии прощания в храме Христа Спасителя Михаил произнес совсем немного слов. Но в них уместилась вся боль утраты и огромная благодарность. Сквозь слезы он тихо сказал:
- Папа, спасибо за все. Спасибо от меня и от всей России.
Рядом, плечом к плечу, стояли крестный отец покойного и верные друзья, они словно берегли осиротевшего наследника от обрушившейся тяжести горя.
Мало кто из поклонников знал, что Михаил Ножкин покрестился за несколько лет до смерти и порой заходил в скромный храм на Таганке - туда, где можно было остаться наедине с мыслями.
На церемонии прощания выступил народный артист Александр Михайлов, давний друг Михаила Ивановича. Последние два года Александр Яковлевич все пытался навестить товарища, которому сделали сложную операцию, но не смог:
- Он, по сути, знаете, странный человек, - сказал актер, которого все помнят по фильму «Любовь и голуби». - Он уже был болен, я все рвался к нему. Спрашивал: «Чем тебе помочь?» А он отвечал: «Ну сейчас не надо, я пока чувствую себя не очень хорошо».
Тело Михаила Ножкина кремировали, а его прах захоронят на Ваганьковском кладбище - рядом с женой Ларисой Голубиной.
