Наследница Евгения Крылатова умерла в психлечебнице
- В 1996 году, когда я только делал первые шаги в шоу-бизнесе, в моем родном Новосибирске проходил фестиваль «Первый снег». Наряду со Светланой Дружининой, Семеном Фарадой, Семеном Морозовым туда пригласили режиссера Леонида Нечаева - создателя легендарных детских фильмов «Приключения Буратино» и «Про Красную Шапочку». В рамках фестиваля показывали его фильм 1989 года «Не покидай…» с песнями Крылатова на стихи Леонида Дербенева. Я тогда увидел это кино впервые и безумно в него влюбился.
Любовь к этому фильму и свела меня с Крылатовым. Спустя много лет, в 2017 году, у меня возникла идея перенести «Не покидай…» на театральные подмостки и поставить по нему мюзикл. С постановкой мне был готов помочь исполнитель роли принца Пеналью в фильме Нечаева - ныне тоже покойный - актер и режиссер Артем Тынкасов, служивший в театре Николая Губенко «Содружество актеров Таганки». Чтобы получить разрешение на использование музыки, я написал Крылатову на электронную почту. Евгений Павлович быстро мне ответил и пригласил к себе домой.
Жил он в четырехкомнатной квартире в композиторском доме на улице Чаянова, в районе метро «Белорусская». К тому времени Крылатов уже овдовел. Его жена Севиль Сабитовна была младшей сестрой его сокурсника по консерватории - известного композитора-симфониста Алемдара Караманова. Она прожила с Евгением Павловичем душа в душу более полувека и ушла из жизни за пять лет до него - в 2014 году.
У них было двое детей. Сын Павел, родившийся в 1958 году, стал киносценаристом. По его сценариям режиссер Максим Воронков снял комедии «Бабник 2», «Шуб - баба Люба!», «Интимная жизнь Севастьяна Бахова». При жизни Крылатова я сына ни разу не видел. И даже не помню, чтобы Евгений Павлович о нем упоминал. Уж не знаю, какие там у них были семейные отношения.
А дочь Маша, которая была на семь лет младше Павла, жила с Крылатовым. Она была талантливой пианисткой. Окончила консерваторию. Но из-за проблем со здоровьем работать не могла. Сидела дома и помогала отцу по хозяйству.
Надежда на Градского
- Крылатов встретил меня очень добродушно: попросил Машу приготовить чай и провел в зал, где стоял рояль и хранились партитуры. Ему понравилась моя идея сделать мюзикл «Не покидай…». Никаких денег он у меня не попросил и пообещал оформить документы по авторским правам. И я взялся за работу: сделал аранжировки ко всем 12 песням, начал подбирать исполнителей и репетировать.
Каждый шаг согласовывал с Крылатовым - наведывался к нему раз 20, а то и 30. Он скрупулезно подошел к делу: детально обсуждал каждую аранжировку и каждого вокалиста, даже готов был лично прийти на репетиции.
Однажды я застал у него Александра Градского - тот сотрудничал с Крылатовым, исполнял его произведения: например, чудесный сонет на музыку из фильма «С любимыми не расставайтесь». Евгений Павлович обратился к нему: «Александр Борисович, мы с Андреем Владимировичем работаем над мюзиклом по «Не покидай…». Можно устроить премьеру в вашем театре?» Градский очень уважал Крылатова и не мог отказать.
Гений без позерства
- Мы с Крылатовым говорили не только о мюзикле. Я показывал ему демозаписи своих музыкальных произведений. Евгений Павлович подсказывал, как их сделать интереснее: «А если вот так попробовать?» - и садился за рояль, наигрывал варианты. Его советы здорово выручали, некоторые помню до сих пор.
Он учил: «Каждый музыкант индивидуален. Делайте так, как вам хочется, как сами видите, - тогда все получится. На чужое мнение не оглядывайтесь: порой оно того не стоит. Люди не всегда друг друга понимают».
Я искренне восхищался им. Как‑то сказал, что из современных композиторов считаю гениальными только его и Алексея Рыбникова. Крылатов страшно смутился: «Это ваше мнение… Может, в чем‑то и правы».
Он был удивительно скромным. Вот Владимир Шаинский, тоже талантливый композитор, не упускал случая похвастаться: «Знаете песню «Антошка, Антошка, пойдем копать картошку»? Это я написал. И «Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам» - моя песня». А Крылатов никогда не кичился заслугами. Публичности избегал: его почти невозможно было вытащить на мероприятия или съемки. Как настоящему гению, ему это было ни к чему.
Несмотря на весьма почтенный возраст, Крылатов до последних дней продолжал активно творить. Его «Спаси и сохрани» и другие песни исполняла известная по мюзиклу «Норд-Ост» актриса Екатерина Гусева. Сотрудничала с ним и певица Любаша (Татьяна Залужная) - автор хита Аллы Пугачевой «Будь или не будь».
Также Евгений Павлович поддерживал младших детей умершего в 2010 году Леонида Нечаева, которому в нулевых написал музыку еще к двум фильмам - «Сверчок за очагом» и «Дюймовочка».
Леша и Лиза родились в последнем - девятом по счету - браке Леонида Алексеевича и на тот момент были еще несовершеннолетними. Младшую, Лизу, устроили в детский театр песни «Талисман». Как‑то при мне Крылатову позвонили оттуда и попросили оплатить ей путевку в «Артек». «Хорошо, я все оплачу, - сразу ответил он, а потом тихо пояснил мне: - Ребенку надо помочь. Без отца растет». Вот какой широкой души был человек.
А к нашему мюзиклу он относился с настоящей страстью - так хотел увидеть его на сцене! Если я пропадал на пару дней и не звонил, сам набирал и спрашивал: «Андрей Владимирович, есть у вас какие‑то подвижки?»
Обесцененная память
- К несчастью, наше общение с Крылатовым длилось всего полтора года. Мюзикл был готов лишь на треть, когда Евгения Павловича не стало. Никакой тяжелой болезни у него вроде бы не было - просто продуло из открытой форточки, началась двусторонняя пневмония. Две недели в больнице - и 8 мая 2019 года его не стало.
Прощание прошло в Доме композиторов в Брюсовом переулке. Проводить Евгения Павловича пришли Игорь Крутой, Лев Лещенко, Юрий Энтин, Андрей Малахов и многие другие.
Похоронили композитора на Митинском кладбище, в Красногорске. Как народному артисту ему могли дать место на Новодевичьем или Ваганьковском, но он всегда говорил, что хочет упокоиться только рядом с любимой женой Севиль Сабитовной.
Смерть Евгения Павловича стала для меня тяжелым ударом. У меня возник какой-то внутренний ступор. Нужно было прийти в себя, собраться с мыслями, и я решил временно поставить работу над мюзиклом на паузу. А в 2020‑м пришла пандемия, репетиции стали невозможны, и проект потихоньку заглох. Но я не терял надежды когда‑нибудь к нему вернуться.
Продолжал общаться с Машей, дочкой Крылатова. Она осталась одна в квартире на Чаянова и искренне радовалась каждому моему звонку и визиту. Все повторяла: «Папочка вас так любил». Маша была очень доверчивой и беззащитной. Этим и воспользовались какие‑то жулики. Пришли к ней и украли все награды отца.
Осенью 2020‑го ее госпитализировали в психиатрическую больницу имени Ганнушкина. Она сама мне позвонила и сказала об этом. Я хотел навестить ее, когда выпишут. Но не прошло и месяца, как от общих знакомых с ужасом узнал: в больнице Маша умерла. Ее уже похоронили - недалеко от могилы родителей на Митинском кладбище. Проститься я не успел.
До сих пор помню, как Евгений Павлович переживал за нее, то и дело напоминал: «Маша, ты лекарства выпить не забыла?» Без его присмотра она прожила только полтора года.
А вскоре я обнаружил, что квартиру Крылатова выставили на продажу за 55 миллионов рублей. Я тогда искал себе жилье в ипотеку. И на сайте агентства недвижимости увидел один из лотов - 4-комнатная квартира на Чаянова. По фото сразу узнал зал - тот самый, с роялем, креслами и журнальным столиком, где столько раз встречался с Евгением Павловичем.
Продавцом, судя по всему, выступал его сын Павел. Больше было некому. Он к тому времени остался единственным наследником. Я позвонил риелторше и поинтересовался, планирует ли продавец вывезти из квартиры мебель и предметы интерьера. Ее ответ меня шокировал: «Нет, всю обстановку он готов оставить покупателю. Если она не нужна, ее можно выбросить».
Я не мог поверить, что сын так обходится с памятью великого отца. Ладно, устроить музей, как поступил вдовец Людмилы Гурченко в ее квартире, ему, может, не по силам. Но хоть что‑то стоило сохранить для истории, а не выбрасывать на помойку.
Потом уже одна знакомая мне сказала: «А ты знаешь, что это Павел отправил Машу в психушку?» И тогда мне все стало понятно.
Сорняки вместо заботы
- С Павлом я стал контактировать уже после смерти Маши, а впервые увидел его только на похоронах Евгения Павловича. Про квартиру у него не спрашивал: в конце концов, это его личное дело. Обращался к нему по другим вопросам.
Один касался авторских прав на музыку к «Не покидай…». Крылатов хотел подписать разрешение бесплатно, а Павел направил меня в Первое музыкальное издательство. Там за неэксклюзивное использование 12 песен из фильма запросили 240 тысяч рублей.
Другой вопрос - про памятник на кладбище. Сначала Павел говорил, что земля должна просесть, потом - ссылался на нехватку денег. За могилами Евгения Павловича и Севиль Сабитовны никто не ухаживал, и все заросло борщевиком и каким‑то сорняком, похожим на свеклу. Я сам все пропалывал, а в 2021‑м за свой счет сделал цоколь и отмостку. Только тогда Павел наконец сподобился поставить родителям памятник. И квартиру отца вроде бы снял с продажи. По некоторым сведениям, хотел оставить ее своей дочке и ее мужу. Правда, через какое-то время попытки продать возобновились. Цену то повышали, то снижали. Купил ли ее кто-то - я так и не понял. Но каждый раз, когда я прохожу по улице Чаянова и вижу подъезд и окна Крылатова, у меня на глазах невольно наворачиваются слезы.
