X

Почему 160 лет назад олигархи заставляли пить водку под страхом смерти

Так наказывали горьких пьяниц в Англии
В марте 1858 года три могущественных министерства Российской империи - финансов, внутренних дел и государственных имуществ - разослали по стране циркуляр поразительного содержания
Подпишитесь и читайте «Экспресс газету» в:

Чиновникам на местах предписывалось всеми средствами бороться с пропагандой… трезвости. Сделано это было под давлением винных откупщиков, «сидящих» на продаже алкоголя. Магнаты дошли до крайней степени наглости - они стали обкладывать собственными налогами малопьющие регионы! Все это привело к вооруженному сопротивлению, которое в историю вошло как Трезвеннические бунты.

Представьте ситуацию. Вы достаете из почтового ящика непонятный счет с множеством нулей. В налоговой инспекции вам говорят: «Что вы хотите, батенька?! Ваш дом прикреплен к бару на такой-то улице, а ходит туда мало жильцов, план по выпитой водке не выполнен. Так что раскошеливайтесь!» Невероятно, но именно такая ситуация начала складываться в некоторых регионах России в середине XIX века.

Всех в острог?

Ранее контролировать винный промысел доверяли царским фаворитам и людям заслуженным - в качестве награды. «Винные откупа были важнейшей статьей доходов и представителей титулованной знати екатерининской и позднейших эпох: светлейшего князя Потемкина, графа Безбородко, князей Гагариных, Долгоруких, Куракиных, графов Шуваловых и др.», - пишет историк Михаил Гавлин. К XIX веку «питейное дело» и подавно превратилось в золотую жилу. Но если хочешь торговать беленькой - плати разовый налог (откуп) и с прибыли отчисляй определенную долю.

На другом полюсе были корчемники (самогонщики по-нашему) которые производили хлебное вино (водку) и другие хмельные напитки без лицензии. Бороться с ними было очень трудно - занимались этим как простолюдины, так и дворяне, чиновники и даже лица духовного звания. Еще в царствование Елизаветы Петровны от императрицы потребовали жестких мер против корчемников. Изучив донос, она с раздражением сказала: «Мне теперь, что ж, всю волость в острог посадить?» Так что откупщики нередко расправлялись с корчемниками с помощью наемников.

К концу 50-х годов XIX столетия экономика крепостнической России была на грани издыхания - ее доконала разорительная Крымская война. Власть решила железной рукой навести порядок в алкогольной сфере, предоставив полный карт-бланш откупщикам. Лишь бы пополнили казну! Порядок получился весьма своеобразный.

Наглядная агитация: левая часть показывает жизнь трезвого крестьянина, правая - пьющего. (НАЖМИТЕ ДЛЯ УВЕЛИЧЕНИЯ)

Алкогольные сверхбогачи

На торгах за 1859 - 1862 годы общая откупная сумма за право торговать алкоголем достигла фантастической цифры - 127 769 488 рублей. 40 процентов годового бюджета империи! И эту космическую по тем временам цифру в 70-миллионной стране сумели быстро собрать какие-то 214 человек. 146 из них - жители Великороссии. Только один Дмитрий Бернадаки (обрусевший грек) выложил 19 миллионов. Впрочем, оно того стоило.

Учитывая «черный нал», магнаты зарабатывали до 600 - 700 миллионов рублей в год. Бывший кучер, откупщик Воронин, к примеру, только в Москве владел 60 домами. А выходец из небогатых евреев Евзель Гинцбург купил себе баронство у герцога Гессен-Дармштадтского. Кстати, поднялся он на монопольной торговле водкой в Севастополе во время его осады в Крымскую кампанию.

Откупщикам было даровано право носить шпагу, даже если они не были дворянами,  разрешали содержать личную военно-полицейскую команду (корчемную стражу).

Однако им все было мало - воровали по-черному. К примеру, питерский магнат Мориц Гарфункель, который указом Николая I получил почетное гражданство, сначала задолжал казне 1 125 000 рублей серебром, а затем сбежал во Францию, прихватив еще 25 миллионов (несколько миллиардов - в пересчете на сегодняшний день!).

В провинции и подавно бесчинствовали. Предводитель шайки корчемных стражников Москальцев подбрасывал в дома зажиточных крестьян «незаконную» водку и занимался вымогательством. Кто-то подслушал о его планах подбросить бочонок на сеновал к местному богатею. Когда вымогатели пришли, тот сказал, что готов заплатить 500 рублей, если у него что-то найдут. Но если нет - гости сами должны раскошелиться. Мошенники клюнули - за что и поплатились. После этой истории Москальцева арестовали, но, как говорят, он сумел откупиться.

Картина ПЕРОВА «Сельский Крёстный ход на Пасху» написана примерно в то же время, когда шли массовые протесты против спаивания народа

«Пожиже воды»

Качество водки стало настолько низкого качества, что народ давал ей такие прозвища: «чем тебя я огорчила», «пожиже воды», «пользительная дурь», «продажный разум», «подвздошная». В нее подмешивали табак, медную окись и другие «ядовитые и одуряющие» вещества. А цена на нее при этом росла. Современник событий, этнограф Иван Прыжов пишет: «Вместо трех руб. за ведро (12,3 литра. - М. В.), как следовало по закону, откупщики продавали по 8 руб. и даже по 10 руб. за ведро. С теми же, кто требовал законной цены, полиция расправлялась жестоко, как со «смутьянами».

Потом дело дошло и до 12 целковых. А это - среднемесячный доход крестьянина. В 1859 году цена ведра достигла небывалой цены - 20 рублей. Откупщики на полном серьезе говорили, что не исключают повышения цены до уровня шампанского - 5-6 рублей - уже не за ведро, за бутылку!

Жители крупных городов стали переходить на ром вместо постоянно дорожающей сивухи. А в сельской местности творился, выражаясь по-современному, и вовсе беспредел. Саратовский краевед Владимир Вардугин пишет: «Каждый мужчина приписывался к определенному кабаку, а если он не выпивал своей «нормы» и сумма от продажи спиртного оказывалась недостаточной, то недобранные деньги кабатчики взимали с дворов местности, подвластной кабаку. Тех же, кто не желал или не мог платить, секли кнутом в назидание другим».

И тогда терпение людей лопнуло.


Годовое потребление спиртных напитков

(конец XIX - начало XX вв., в штофах)


Даром не надо

Выпивке объявили бойкот. Сначала в Литве, затем в Сердобском уезде Саратовской губернии, потом в Зарайском уезде Рязанской, далее подтянулась Екатеринославская, Владимирская, Пензенская, Тверская - всего 12 губерний. Нарушителей бойкота сами крестьяне секли розгами. Или вешали на шею дощечку с надписью «Пьяница», после чего водили виновника по деревне под барабан.

Запаниковавшие кабатчики резко снизили цену - но это не помогло. Начали выставлять водку бесплатно (глядишь, соблазнятся бунтари и втянутся), в ответ получили погромы. «Крестьяне громили питейные заведения в Балашовском, Аткарском, Хвалынском, Саратовском и во многих других уездах, - пишет Вардугин. - В Вольске 24 июля 1859 года трехтысячная толпа разбила винные выставки на ярмарке. Квартальные надзиратели, полицейские, мобилизовав инвалидные команды и солдат 17-й артиллерийской бригады, тщетно пытались утихомирить бунтующих. Восставшие разоружили полицию и солдат, выпустили из тюрьмы заключенных. Только через несколько дней прибывшие из Саратова войска навели порядок».

Правительство под нажимом откупщиков отменило все запреты на употребление спиртного, которые вынесли местные суды. И двинуло на бунтарей армию. Восставших крестьян расстреливали из пушек. Общества трезвости были объявлены вне закона, активистов бросали в тюрьму - всего по этому делу было арестовано 11 тысяч человек. Но выводы были сделаны: откупную систему отменили.

Интересное совпадение - накануне 160-летней годовщины Трезвеннических войн было объявлено, что акцизы на алкогольную продукцию в 2018 году не вырастут, а, значит, и цена на водку в России останется прежней. Видимо, кто-то из правительства все же серьезно изучал историю.


Шампанское в России

В начале XIX века за бутылку «Вдовы Клико» отдавали 12 рублей. Для сравнения, корову можно было приобрести за 2 рубля, плотно отужинать в ресторане - за 3 рубля. Годовая подписка на популярный журнал «Современник» Пушкина обходилась в 25 рублей - всего в две бутылки шампанского. К середине века, после появления крымского шампанского, цена шипучего напитка снизилась примерно вдвое.

Шампанское в позапрошлом веке было настолько дорогим, что вечеринка с ним могла равняться стоимости подмосковного имения

Беленькая до революции

После Трезвеннических бунтов цена на водку стабилизировалась. К началу XX века она продавалась двух сортов: «Красноголовка» (красная крышка), в народе звавшаяся  «Казёнка». Цена за бутылку (0,61 л) была 40 копеек. И «Белоголовка» (белая крышка), водка двойной очистки. Она стоила 60 копеек.


Пиво на серной кислоте

  • К концу XIX века только в Москве насчитывалось 428 пивных лавок. Однако стоил напиток недешево. К примеру, в далеком Енисейске английский портер продавался за 1 рубль 65 копеек. При этом цена рома - от 1,65 до 2,50, портвейна - 2 рубля, коньяка  - от 1,75 до 2,25 рубля. (Цена элитного коньяка достигала ста рублей за бутылку.)
  • Качество пива многих заводов было высоким, но встречались и мошенники. Вместо хмеля  добавляли трилистник, дубовую кору, полынь, квассию, турецкий перец и т. д. А для придания пиву более приятного вкуса, образования белой и густой пены добавляли глицерин. Для осветления пива применяли серную кислоту или смесь ее с квасцами.

Цена продуктов

(вторая половина XIX века)


Доходы рабочих и служащих

В 50-х годах ХIХ века скромный чиновник (например титулярный советник) получал 260 рублей в год. На съемную комнату с прислугой уходило 77 рублей. Расходы на обувь и одежду - 30 рублей. На извозчика он тратил около 10 рублей. На домашние обеды у хозяйки – 55 - 70 рублей. На театр - около «трешки».

  • Чиновники посолиднее (прокурор, статский советник) получали 700 рублей в год. Вице-губернатор - 1800. Они могли себе позволить снять квартиру за 240 рублей в год.
  • Крестьянин на рубеже отмены крепостного права имел 120 -150 рублей в год, что было совершенно недостаточно для содержания большой семьи. Землепашцы постоянно залезали в долги.






На эту тему: