Кирилл Набутов: У Юры Стоянова иногда крыша едет


Он назначил мне встречу в модной столичной пивнушке. Как только двухметровый гигант Кирилл НАБУТОВ, известный человек на нашем телевидении, автор и ведущий программы “Один день” на НТВ, показался в дверях, местные девчушки тут же вошли в его орбиту, взглядами и жестами обнаруживая откровенную заинтересованность. Стиль и прикид телезвезды приятно соответствовала статусу создателя первого на нашем телевидении эротического журнала для мужчин. Хорош собой, затянут в кожу, слегка небрит, бицепсы и кулачищи бывшего боксера.

Люблю на отдыхе разгуливать голым!

- Кирилл, правда, что вы одному из своих сотрудников прямо на работе нос сломали?..

- Дошло один раз до драки. Это еще во времена “Адамова яблока”. Нянчились тут с одним человеком, а он неправильно понял. Ничего не делал, зато рассуждал умно. Но по большей части хамил. Возникла бытовая ситуация. Нагрубил он нашей сотруднице. Я очень вежливо попросил извиниться. Он меня послал. Я предупредил, но он не поверил. Все-таки я решил просто уйти, а он побежал за мной по коридору и стал кричать: “Куда пошел? Иди, попробуй!” Ну я и попробовал - сломал нос в двух местах. Не хочу сказать, что я крутой парень, но попасть хотя бы один раз смогу. Больше наш коллега на работе не появился.

- Боюсь спросить, а этот пострадавший - не Олейников ли случайно или Стоянов? Они же у вас в “Адамовом яблоке” начинали...

- Ну нет! Вообще-то Стоянов начинал не у меня, а в Большом драматическом театре. Поэтому говорить о том, что я его вывел на орбиту, неправильно. Юра с Ильей познакомились на съемках слабенького фильма “Анекдоты”. Тогда у них родилась какая-то идея. Они пришли к нам делать анекдоты на телевидении. Был момент, я даже жил у Стоянова дома. Мы с ним сидели ночами на кухне, выпивали, на гитарке играли. Я говорю: “Слушай, сейчас у меня сложный момент, поделай-ка сам репортажи”. Он поехал в Одессу, привез фильм: тонкий, умный, никакой не актерский - журналистский.

Мне кажется, что сегодня в «Городке» больше Стояновского, чем Олейниковского. Хотя это не исключает, что в каких-то эпизодах Илья смешнее работает. Они ведь уже и с одного взгляда друг друга понимают - еще удивительно, что не рассорились за 10 лет. Очень разные люди, просто поразительно разные. Олейникову в жизни надо, чтобы дом хороший был, он семьянин каких мало, Ира у него - лучший друг. Он сам такой вальяжный, не быстрый, расслабленный. У Стоянова совершенно другая энергетика. У него все время в одном месте свербит. И он очень любит этот телевизионный процесс - съемочки. монтажики, так картинку склеим, потом так...

Я думаю, что в смысле производства в их дуэте он главный.

В общем, Юрка - молодец. Хотя в последнее время тоже загордился - “башня” отъезжать стала. Он уже и мне хамить начал... Великий! Но потом пересекаемся и снова - как родные.

- Ваш отец - знаменитый спортивный комментатор, вы - телеперсона, а теперь и старший сын появился на экране в передаче “Сегоднячко-Питер”. Хотите и наследника телезвездой сделать?

- Мне эта затея сразу не понравилась. На одной тусовке сын познакомился с моим приятелем, который возглавляет питерское подразделение НТВ. Тот взял и вывел Виктора сразу в эфир. Это недопустимо. Во-первых, потому, что нужно уважать зрителей. Нельзя сажать в эфир человека с улицы. К тому же мальчик двадцати одного года от роду не может быть профессиональным человеком. Прямой эфир - это самое сложное: надо иметь определенный уровень свободы, не бояться, что-то уметь, соображать, знать - все-таки это профессия как никак. Кончилось все тем, что Витю из прямого эфира выкинули. Он, конечно, моментально надулся. Как же так - отхлестали по щекам! Приходишь, значит, а тебе говорят, что ты никто и звать тебя никак. Но что же делать?! И у меня такие моменты были! Я думаю, лучше пусть сын учится: у него больше перспектив, если он займется правом. Насмотрелся я уже на этих пацанов-телевизионщиков его возраста, которые по Москве на “ягуарах” разъезжают, типа, мы такие крутые - нас по телеку показывают! А что за всем этим куражом?! Пустота!

- Не любите, значит, столичных снобов…

- Питерцам до москвичей в этом смысле далеко. В Москве приходишь с приятелем в ресторанчик перекусить, и начинается: “Дайте-ка мне черепашьего супа! Как нет?!.. А что это у вас цены такие смешные – 50 долларов за блюдо! Кормите, наверное, всякой дрянью!” Заканчиваются обычно такие выкрутасы тем, что я беру своего приятеля в охапку, иду с ним к ближайшему ларьку, покупаю быстрорастворимый супчик, и мы идем ко мне обедать. А Питер… Здесь я не могу долго быть – город-то болотистый, сразу засасывает – расслабляешься. Дома я только отдыхать люблю: на Ладогу съездить, пивка там попить, порыбачить с друзьями или еще лучше – одному. Но главное – без дам, чтобы можно было голым разгуливать, пробки под ноги кидать и никто тебя за это не пилил.

Красивая попка компенсирует мелкую грудь

- Каких женщин любит создатель первого эротического тележурнала?

- Как все мужчины – с хорошей фигурой и длинными ногами. Блондинка, брюнетка – неважно! Самым главным местом дамской фигуры считаю попку. Именно она определяет линию. Если эта часть правильного объема, удачно расположена, то все другие недостатки – небольшая грудь, не очень длинные ноги – будут скрашены. Я, как ни странно, люблю умных женщин. Число моих побед на любовном фронте могло быть внушительнее, если бы я любил общаться с дурами и пользовался ими по прямому назначению. Но жаль было тратить на это время.

- И девушек для съемок вы по своему вкусу отбирали?

- У меня есть коллеги – молодые, симпатичные ребята, которые с удовольствием этим делом занимались. А у меня, знаете ли, возраст – мне бы на диванчике полежать, да книжечку почитать, если такая возможность есть. Бывает, месяцами по командировкам, постоянные перелеты, съемки – устаешь, нервы никуда!

- Но это же профессиональное. Говорят, на телевидении все неврастеники…

- Не знаю, у коллег не спрашивал: “Вы психопаты?” Хотя, я думаю, что людям со слоновьей нервной системой на телевидении делать нечего. Эмоция должна пульсировать внутри постоянно. У нас, как в театре, люди между собой дружат мало. В любом творческом коллективе, где много индивидуальностей, постоянные ссоры, разрывы, вражда – это объективный процесс. У меня много приятелей в этом мире, хороших знакомых, но не друзей. Правду говорят, что газета – это дурдом, а телевидение, особенно связанное с производством, - это пожар в сумасшедшем доме. До того как кассета ушла заказчику, всякое может случиться. Все сняли, а оператор ошибся, песчинка в камеру попала или еще что. Вот ездили в Грозном с генералом Трошевым в открытой машине, все сняли, приехали – бамс! – камера сломалась, вся в песке. Техника ломается и устает чаще людей. Правда, чувствую, что последние командировки меня тоже вырубили.

- И что же до пенсии будете так ездить или пока не упадете?

- Черт его знает?! Есть во всем этом определенная адреналиновая подпитка. Для меня опаснее загнить, чем устать.

- А большим начальником стать не хотите?

- Раз я до сих пор не стал им, значит, и не стану. Может, жизнь не сложилась, может, и каких-то качеств не хватает. Я довольствуюсь ролью большого босса нашей маленькой конторы. Вот Олег Добродеев моложе меня, но он большой начальник. Потому что гибкий человек, умеет общаться, всегда улыбается – людям это нравится. А я так не могу. Сразу завожусь, какие-то вещи просто не умею прощать. Не подарочек, в общем.

- Зато, похоже, вы – человек свободный от комплексов!

- А на самом деле я всегда думаю, как бы совместить манию величия с комплексом неполноценности. А если серьезно - что об этом думать. Жизнь-то конечна, и даже видно, где она приблизительно кончится. Полным-полно чудаков, которые носят себя как cостоявшиеся личности, но, кроме жалости, ничего не вызывают. Другое дело, что и самоедством заниматься не стоит. У меня есть желание просто жить и что-то еще сделать.

Вам может быть интересно:


‡агрузка...