Трагедия в «Зимней вишне»: как теперь живут люди, потерявшие в пожаре родных

Кемерово. Люди возлагают цветы к мемориалу в память о жертвах пожара. Фото: Чащин Кирилл
Год назад, 25 марта 2018 года, в Кемерове произошло ЧП, унесшее жизни шестидесяти человек. Как эти тяжелые месяцы пережили люди, потерявшие в огне родных, рассказывает «Экспресс газета».

Елена Тесленко взяла ребенка из дома малютки

Бывший муж Игорь (51 год), дочь Арина (9 лет)

Год назад Арина с папой отправились в «Зимнюю вишню», чтобы поиграть в любимые девочкой автоматы. Часа в 4 они планировали освободиться — именно в это время начался страшный пожар. Не дозвонившись до родных, Елена отправилась их встречать, по дороге услышав, что торговый центр горит. О гибели дочки женщина узнала лишь на следующий день. Отказывалась верить — пока не опознала тело малышки по ботинкам.

Кемерово, Зимняя вишня, погибшие
Арина с мамой и папой. Фото: семейный архив Елены Тесленко, kp.ru

Известие, что Игоря и Арины больше нет, Тесленко первое время скрывала от старшей дочки. 19-летняя Дарья держалась и держится: свои чувства она описала маме в письме, боясь сделать больно разговорами. Летом Елене пришлось обратиться в центр кризисной помощи: начались панические атаки, не хватало воздуха — помогли психологи и антидепрессанты. Женщина, замкнувшись в горе, почти не выходит на улицу, но продолжает работать — ради маленького Кирилла. 2-летнего мальчика она увидела в доме малютки, навещая его воспитанников в качестве волонтера. Теперь малыш растет в ее доме — и все больше напоминает Арину, солнечную, светлую, с ямочками на щеках.

«В каждой девочке похожего возраста я вижу Аришку и думаю, что мой ребенок мог бы так бегать, — делится Елена. — До сих пор не могу это осознать и принять, это как будто не со мной . Это как страшный сон. Хочется проснуться и понять, что все хорошо».

Элеонора Дарсалия растет копией матери

Мама Татьяна Дарсалия (37 лет)

«Мне до сих пор не верится, что это произошло именно с ней, но я горжусь, что это моя мама. Она погибла как герой, пропустив вперед себя детей, и не могла поступить иначе. Она всегда останется в наших сердцах», — написала Элеонора в социальных сетях после трагедии. В «Зимней вишне» они находились вместе: Татьяна, учитель английского в местной гимназии, помогла дочери выйти на улицу и бросилась помогать оставшимся внутри — но спастись сама не смогла.

Татьяна Дарсалия, Кемерово, Зимняя вишня
Татьяна Дарсалия. Фото: соцсети

После пожара Элеонору забрали бабушка и дедушка, родители Татьяны. На время ее увезли из Кемерова, чтобы хоть как-то отвлечь от горя. Сейчас девушка учится в 9 классе той же гимназии, где преподавала ее мама. Как говорят окружающие, она все больше напоминает Татьяну, становится такой же красивой и доброй. А еще — занимается организацией мероприятий и представляет гимназию в качестве ее президента.

Супруги Никулины ждут правосудия

Сын Слава (10 лет), мама и сестра Андрея Никулина

Супруги Никулины приехали к горящей «Зимней вишне» вместе с первыми пожарными — внутри, в кинотеатре, находился их единственный сын вместе с тетей и бабушкой. Первые минуты пожара Андрей и Екатерина говорили родными по телефону, но в 16:26 связь прервалась. Пожарные работали на тот момент около 15 минут и могли бы спасти запертых в огненной ловушке людей, если бы действовали безошибочно, считают Никулины.

Андрей Никулин, Зимняя вишня, Кемерово, погибшие
Андрей Никулин потерял в пожаре сына, маму и сестру. Фото: kp.ru, соцсети

Сейчас их цель — добиться справедливого наказания для виновных. Потерявшие сына родители продолжают ходить на заседания, несмотря на боль. С потерей они справлялись с помощью психологов, выписанных им препаратов, паломнической поездки, организованной кемеровской епархией. Но горе не уменьшается: «Живем в ожидании, когда что-то поменяется. Хотя бы частично». Возможно, их семью оживит ребенок, но пополнение Никулины пока откладывают — ждут, когда пройдет годовщина пожара.

«Теперь один день ничем не отличается от другого, — говорит Андрей. — Проснулся, встал, помылся, покушал, пошел на работу, вернулся домой и лег спать. Все. Никакого стимула. Пустота. <...> Понимаю, надо себя вытаскивать из этого ада. Надеемся, что сейчас, когда прошел год, полегче станет».

Сергей Москаленко хочет стать кадетом

Отец Евгений (34 года), мама Олеся (36 лет), сестра Ксения (4 года) Москаленко

11-летний мальчик выжил благодаря отцу: Евгений Москаленко вытолкнул сына из окна, сам же погиб — вместе с женой и маленькой дочкой. Сережа поступил в больницу в тяжелом состоянии с переломами, отравлением, ушибами внутренних органов. Очнувшись, узнал, что родных больше нет. «Конечно, после этого была истерика, вмешались психологи. Он плакал-плакал, но отошел. С тех пор бывает, что он замыкается. Смотрит особенным таким взглядом», — вспоминает бабушка Сережи, с которой теперь живет мальчик.

Семья Москаленко
Семья Москаленко. Фото: соцсети

Сейчас он полностью восстановился, прошел повторный курс реабилитации. Сережа Москаленко занимается спортом (особенно ему нравятся велотренировки), хорошо учится на радость бабушкам, оканчивает шестой класс. И планирует поступать в Президентское кадетское училище — его шансы пройти отбор и стать кадетом, как говорит губернатор Кемеровской области Сергей Цивилев, очень высоки.

Супруги Ковалевские уехали из города

Сын Егор (9 лет), дочь Светлана (5 лет)

Марина и Эдуард просят рассказывать не о них, а о погибших детях: их сын Егор рос настоящим мужчиной, в огне закрывал собой маленькую сестру и их подругу, а Света была творческой девочкой, хотела, чтобы ее показывали по телевизору — ведь она так здорово поет и танцует! Теперь о малышах знают многие — но их уже нет в живых. Супруги Ковалевские не возвращаются в мыслях в тот роковой день — они вспоминают годы, когда были счастливы вместе с сыном и дочкой.

До похорон детей Марина не выходила на улицу — только ездила к следователю. В конце апреля здоровье не выдержало, женщина попала в больницу. А когда выписалась, вместе с мужем уехала за город, где и живет сейчас. В их квартире в Кемерове все осталось так, как при жизни малышей: их игрушки, щетки, школьные принадлежности, личные вещи. Только сил вернуться туда нет. Продавать недвижимости Ковалевские не хотят, допускают, что поселятся там, если в семье вновь будет раздаваться детский смех.

«Мне сейчас 45 лет. Супругу — 50. Мы в осознанном возрасте рожали детей, — рассказывает Марина. — 1 февраля мы с Эдуардом обвенчались. Уже не знаем, как просить бога вдохнуть в нашу семью все эти детские хлопоты, а не только поездки на кладбище».

По материалам 360tv.rukp.rumk.ruria.ru

Читайте также:


‡агрузка...